Интерфакс-Агентство военных новостей - самая полная и оперативная информация о силовых структурах, спецслужбах, оборонной промышленности России и стран СНГ
эксклюзивная информация из достоверных источников...
  Эксклюзив :
Генеральный конструктор и генеральный директор НПО имени С.А.Лавочкина Виктор Хартов: "Драма с «Фобос-Грунт» – мощный катализатор по повышению качества нашей работы"

Одно из ведущих в России предприятий по разработке и практическому использованию непилотируемых средств для исследования космического пространства и небесных тел - НПО имени С.А.Лавочкина. Об уроках неудачного запуска межпланетной станции "Фобос-Грунт", принятых после аварии мерах и будущем отечественной автоматической научной космонавтики "Интерфаксу-АВН" рассказал генеральный конструктор и генеральный директор предприятия Виктор ХАРТОВ.

      - Виктор Владимирович, с момента аварии российской межпланетной станции "Фобос-Грунт" прошло более четырех месяцев. Какие меры приняты, чтобы избежать подобных неприятностей в будущем?


      - Государственная комиссия по расследованию причин аварии работала очень квалифицированно. Много дней члены комиссии трудились у нас на предприятии, изучали, моделировали. Наиболее вероятная причина озвучена – это перезапуск двух вычислительных машин из-за воздействия тяжелой заряженной частицы. Затем, по крайней мере, первые 20 дней аппарат совершенно нормально находился в солнечной ориентации и ждал, когда ему скажут, что делать дальше, так как в процессе перезапуска машин у него сбилась программа полета. А совершенно новая радиолиния, рассчитанная на работу в дальнем космосе, не позволила выдать с Земли нужные воздействия. И в целом количество примененных совершенно новых составных частей создало, конечно, предпосылки для фатального исхода.

      Так сложилось, что мы много лет не делали такого рода аппараты, и поэтому на "Фобос-Грунт" вынуждены были применять все новое.

      Похожая ситуация сложилась и со схемой выведения "Фобоса-Грунта". В идеале, начальные импульсы и переход к стабильному полету должны быть осуществлены за счет проверенных средств. Нужно было выводить аппарат на отлетную траекторию ракетой-носителем тяжелого класса "Протон-М" с проверенным разгонным блоком, а дальше уже включать его в работу и отлаживать радиолинию.

      Кстати, не мы одни столкнулись с такой проблемой. Сейчас к Марсу летит американский аппарат с марсоходом Curiosity у которого на третьи сутки после старта тоже произошел перезапуск машин во время работы с прибором для ориентации по звездам. Причем этот сбой произошел примерно в том же месте, где и у нас. Разница была в том, что американский аппарат в это время уже был в стабильном полете на траектории к Марсу. Там не было уже жестких лимитов времени для сеансов связи – аппарат не вращался вокруг Земли, как наш "Фобос-Грунт", поэтому они заново загрузили программное обеспечение.

      У нас же логика проекта базировалась на жесточайших массовых ограничениях ракеты-носителя "Зенит". Она привела к тому, что "Фобос-Грунт", едва включившись и начав жить, должен был сам сориентироваться на звезды и включить двигатели. То есть от этого начального периода, где все работало в первый раз, фактически испытывалось, зависело будущее. Если бы сбой оборудования случился в другой фазе полета, то ничего страшного, думаю, не произошло.

      При этом нужно понимать, что не просто так с 1992 по 2003 год потерпели неудачи шесть марсианских миссий - четыре американских, европейская и японская. Это свидетельствует о том, что сама задача полета к Марсу очень сложная, напряженная, на самой грани технических возможностей.

      И, конечно, наша драма с "Фобос-Грунтом" послужила мощным катализатором для усиления нашей деятельности по повышению эффективности, качества нашей работы. Мы реализуем сейчас обширный комплекс мероприятий, начиная с изменения структуры КБ, введения процедур перекрестного контроля, изменения технологии разработки бортового программного обеспечения и других мер организационного и технического характера.

      - В чем будет заключаться участие России в европейском проекте "ЭкзоМарс", если оно будет одобрено?


      - Проект "ЭкзоМарс" наши европейские коллеги планируют реализовать в два этапа. Первый полет к Марсу состоится в 2016 году, второй – в 2018-м.

      На 2016-й год европейцы имеют очень большой задел по материальной части, и это делает возможным применение ряда российских научных приборов. Кроме этого, возможно наше участие в посадочном модуле.

      Изначально планировалось, что модуль-демонстратор будет работать на поверхности Марса очень короткое время. Цель – удостовериться, что он "живой", успешно долетел до поверхности. Мы же предлагаем усложнить его конструкцию и установить на него элементы системы электропитания и радиоизотопный термоэлектрический генератор РИТЭГ. Это необходимо для того, чтобы приборы модуля-демонстратора могли какое-то время работать после посадки. Вот это тот российский вклад, который мы можем внести в первый полет "ЭкзоМарса".

      В рамках второго полета, который запланирован на 2018 год, мы вместе с отраслевым институтом Роскосмоса - ЦНИИ машиностроения и Российской Академией Наук предлагаем стать головными по разработке посадочной части аппарата. Российские предприятия могут применять при разработке те европейские средства, которые пройдут проверку в первом полете, но дополнив их своими технологиями. Пока все это остается лишь на уровне предложений, поскольку окончательного решения по этому вопросу еще нет.

      Что касается средств выведения, то для запуска двух космических аппаратов проекта "ЭкзоМарс" Европейское космическое агентство предлагает использовать две российские ракеты-носителя тяжелого класса "Протон", вместо американских ракет-носителей «Атлас», так как НАСА отказалось от участия в этом проекте.

      - Скорректированы ли сроки реализации лунных проектов "Луна-Глоб" и "Луна-Ресурс"?


      - Сейчас в лунной программе мы проводим глубокую ревизию, так как ситуацияс "Фобос-Грунтом" сильно повлияла на всю логику дальнейших действий и очень существенно отразилась на наших планах. Мы не можем выполнять лунную программу в том виде, в каком она была спланирована год-два назад. Теперь надо делать некую работу над ошибками с учетом имеющегося опыта.

      Нами готовятся предложения по новой редакции программ, а дальше уже Российская Академия наук и Роскосмос будут принимать стратегические решения. По нашей оценке, в сроках запусков к Луне автоматических станций мы сдвинемся от ранее запланированных на год-два "вправо", то есть на 2016-2017 годы.

      Дело в том, что программа "Фобос-Грунт" изначально являлась программой-первенцем, которая должна была обеспечить проверку новых конструкторских решений для их последующего применения в лунных и других программах.

      Теперь такой программой-лидером становятся лунные проекты, на которых мы намерены получить летную квалификацию ключевых решений. К лунной программе теперь должно быть более строгое отношение, потому что именно она "расчистит дорогу" остальным миссиям. Нам нужно в первом и втором полете автоматических станций к Луне тщательно проверить ряд "необкатанных" систем, что даст нам уверенность в последующих проектах.

      В настоящее время проводится глубокий анализ прежнего состава лунных миссий, чтобы везде, где возможно, перейти на технические решения, уже "обкатанные" в космических полетах. Конечно, как и в любой межпланетной миссии, в лунных проектах есть некоторые новейшие, неопробованные в дальних перелетах элементы. Например, бортовая вычислительная техника. Мы сейчас как бы "препарируем" все наработки и проводим анализ, чтобы выявить какие элементы можно поменять для снижения рисков.

      Что касается непосредственно реализации лунной программы, то, на мой взгляд, в ней необходимо придерживаться последовательного наращивания сложности миссий.

      Сначала решить задачу прямой посадки в расчетной точке. Второй полет должен быть осуществлен уже с функциями адаптивной посадки, анализа подстилающей поверхности и локального ухода от мелких дефектов поверхности.

      И способ забора лунного грунта должен быть вначале простейший – непосредственно с поверхности. И только потом пробовать брать образцы грунта с глубины. Следующий шаг – привезти луноход. Затем луноход уже большого радиуса действия, способный собирать и накапливать наиболее интересные образцы. И вот потом уже можно будет направить специальный посадочный модуль с возвращаемым аппаратом, приземлиться рядом с луноходом, забрать добытый им материал и увезти его на Землю.

      Это логика с точки зрения техники - как именно наращивать возможности и осваивать все новые и новые функции. Но научные задачи должны диктовать ученые. В итоге здесь должны скреститься техническая логика и научные задачи.

      - Как идут испытания орбитальной обсерватории "Спектр-Р"?


      - Обсерватория "Спектр-Р" - уникальный телескоп с десятиметровой антенной и с высокими точностями наведения оси этой антенны, с июля прошлого года работает по своему целевому назначению. Все проверки служебных систем прошли нормально.

      В требованиях была задана точность 32 угловые секунды, а в реальности эллипс рассеивания получился порядка 6-10 угловых секунд. Это очень хороший результат.

      Кроме того, на российской обсерватории установлен уникальный прибор "Плазма-Ф" для измерения плазмы на орбите Земли. Главная ценность его в том, что "Плазма-Ф" с очень высоким временным разрешением измеряет характеристики плазмы вне магнитосферы, в магнитосфере и на границе Земли. У американцев есть спутник Wind со схожими функциями, но информативность нашего прибора в сто раз больше.

      Конечно, как и с любой техникой, при настройке телескопа "Спектр-Р" возникали свои трудности. Например, не сразу удалось отладить высокоскоростную информативную радиолинию. Определенные проблемы были и с поиском правильного теплового режима. Но в итоге мы все настроили и подготовили. Недавно успешно провели коррекцию орбиты, аппарат надежно функционирует и передает научные данные.

      Сейчас с его помощью проводится очень тонкая работа -интерферометрические измерения, которые получаются в результате синхронной и синфазной работы с наземными телескопами, размещаемыми по всему миру. На данный момент работу с телескопом "Спектр-Р" ведет наша наземная станция в Пущино. Но для повышения эффективности результата необходимо увеличение числа станций. Кстати, сейчас вводится в строй еще одна приемная станция в США. Ее открытие резко расширит время работы аппарата в зоне видимости. Ожидается, что еще одна приемная станция будет введена в Австралии, в южном полушарии Земли.

      - А как обстоят дела с подготовкой к запуску вашего нового телескопа "Спектр-РГ"?


      - У нас очень высокая степень готовности материальной части – платформы и наземной экспериментальной отработки. Но есть ряд сдерживающих факторов.

      Дело в том, что на телескопе "Спектр-РГ" применена совершенно новая радиолиния Х-диапазона, которая должна была пройти квалификацию на "Фобосе-Грунте", но, по известным причинам, не прошла. Рискованно запускать с этой не опробованной радиолинией новейший телескоп, учитывая, что она будет единственной. Нельзя забывать о том, что телескоп будет работать в точке Лагранжа L2 на расстоянии 1,5 млн км от Земли. Поэтому сейчас мы думаем, как нам провести летную квалификацию этой радиолинии до запуска "Спектра-РГ". Например, рассматривается возможность провести проверку радиолинии на малом космическом аппарате для фундаментальных космических исследований МКА-ФКИ ПН2.

      Также есть вопросы с созданием главных научных приборов. На КА "Спектр-РГ" установлен немецкий телескоп eROSITA, который делает институт внеземной физики имени Макса Планка в Гаршинге, и российский телескоп ART-XC. Их разработка затягивается. Но создателей в этом винить нельзя, потому что они делают то, что никто никогда не делал.

      Так что запуск аппарата "Спектр-РГ" сдвигается. И если говорить реально, с учетом времени на доводку телескопов и того, что нам надо еще провести летную квалификацию радиолинии, то, скорее всего, это будет 2014-й год.

      - Ваше предприятие разрабатывает целый ряд космических обсерваторий для наблюдения Вселенной. Например, "Спектр-УФ" для работы в ультрафиолетовом диапазоне, аппараты "Гамма-400" и «Спектр-М» («Миллиметрон»). На какой стадии находятся эти уникальные проекты?


      - Запуск аппарата "Спектр-УФ" запланирован на 2015-2016 годы. Важнейшие части для телескопа «Спектр-УФ», который должен работать в ультрафиолетовом диапазоне, будут делать у нас, в России. Начинать придется с нуля, так как у германских партнеров возникли трудности. И это отодвинет сроки по проекту.

      Реализация проекта "Гамма-400" сейчас намечена на 2018 год. Затем идет "Миллиметрон". Но это предварительно. Более точные сроки будут установлены в рамках подготовки и корректировки Федеральной космической программы, которая пока имеет жесткую структуру до 2015 года.

      При этом оба проекта очень сложные и интересные с точки зрения науки и техники. Например, в проекте "Миллиметрон" зеркало антенны должно иметь температуру всего несколько градусов Кельвина, близкую к абсолютному нулю. Это очень сложная инженерная задача и для ее решения требуется время.

      Есть свои тонкости и в реализации перспективного проекта "Интергелиозонд". Там есть большая проблема защиты от Солнца. Мы сейчас пытаемся "нащупать" зону возле Солнца, в которую можно безопасно подлететь с имеющимися техническими возможностями, делаем предварительные проектные оценки. Аналогичная проблема защиты аппарата от Солнца сейчас решается Европейским космическим агентством в рамках проекта BepiColombo. Вот если европейцы решат эту проблему, то не вижу ничего зазорного в том, чтобы призвать их к сотрудничеству по проекту "Интергелиозонд". Пусть они применят в нем свои уже проверенные технологии.

      Научный космос характерен тем, что в нем можно и нужно больше дружить с другими странами. Причем дружить не так, чтобы платить друг другу деньги, а так, чтобы делать общие миссии. Только в этом случае интеллектуальные и финансовые возможности складываются в одно целое и могут давать действительно стоящие результаты.

      - Какие недочеты выявлены в ходе эксплуатации спутника "Электро-Л"? Каковы дальнейшие планы НПО по аппаратам метеонаблюдения?


      - С "Электро-Л" мы уже больше года каждые полчаса получаем красивые изображения, снимки атмосферы. Но для нашего Росгидромета эти картинки не полностью подходят. Они долгие годы пользуются изображениями с иностранных спутников, которые запускаются много лет. Уже "вылизана" математика обработки картинок с иностранных спутников, решены все вопросы привязки и калибровки. Это налаженный многолетний процесс, в результате которого поставляется готовый товарный продукт. Поэтому, пока в международной сети есть идеальные метеоизображения, российские метеорологи ограниченно применяют наши снимки. Наша с РКС задача продолжать совершенствовать обработку изображений, дорабатывать бортовой сканер для следующего космического аппарата. Т.е. делать все, чтобы в ближайшее время, безусловно, достичь мирового уровня получаемых изображений.

      При том "Электро-Л" уже сейчас обеспечивает отличную передачу метеорологических данных с удаленных станций и нет никаких замечаний. Все данные попадают в международную сеть через полторы минуты, метеорологи довольны. Спутник также отлично выполняет свои функции в системе "КОСПАС-САРСАТ". Здесь так же к нам нет претензий.

      Второй аппарат планируем запускать в 2013-м, третий - в 2015-м, для чего работаем изо всех сил.

      По метеорологии у нас есть один очень важный проект - "Арктика-М", который находится на этапе конкурса. Это - метеорологический спутник на высокоэллиптической орбите, с которого будет видна вся Россия, то есть северные широты, приполярные области. Мы рассчитываем выиграть этот конкурс, поскольку у нас есть хороший задел по геостационарному спутнику и по аналогичной платформе на высокоэллиптической орбите – "Спектр-Р". Я считаю, у нас высокие шансы на победу.

      - Сколько разгонных блоков "Фрегат" НПО имени Лавочкина планирует выпустить в 2012 году?


      - В прошлом году мы сделали 12 разгонных блоков, из которых 11 было использовано для запуска космических аппаратов. В 2012-м году мы должны изготовить десять, но не исключено, что появится необходимость в большем количестве. Пока планируется осуществить в этом году девять запусков с нашими "Фрегатами", из которых три – с космодрома Куру во Французской Гвиане.

      - Действительно ли подавляющее количество компонентной базы, использующейся в отечественных спутниках, импортного производства? Предпринимаются ли меры по увеличению использования отечественной электроники?


      - Доля импортной электронной компонентной базы в спутниках существенна. Много лет все признают, что это больное место. И не только космонавтики. Электронную промышленность мы не сумели сохранить в том виде, в каком она должна была бы быть в космической державе.

      Поэтому приходится применять западную электронную компонентную базу, что неизбежно сталкивает нас с множеством подводных камней. Вот, например, применение электроники высшей по качеству категории Space крайне дорого. Доступ к такой электронике дает Государственный департамент США, который часто решает эти вопросы, руководствуясь своими интересами.

      Проблема решается, но пока недостаточно эффективно. Сейчас создана программа по электронным компонентам, которая призвана воссоздать производство специальных электро-радиоизделий в России и увеличить долю российской электроники в военной и космической технике. Но беда в том, что если собрать со всех фирм потребности в электронной компонентной базе, то получится список в виде в толстой книги. У нас каждое предприятие применяет то, что хочет, а задача унификации не решена.

      Поэтому, на мой взгляд, прежде чем начинать в России производство каких-то конкретных электронных компонентов для космических нужд, необходимо сначала предельно сузить их номенклатуру. Количество изделий должно быть сведено до сотен типов, а сейчас их тысячи. Необходимо выпустить отраслевые стандарты, создать набор унифицированных узлов и решений.
                                                                                                                                                                                                                                                                            
Информационные продукты Интерфакс-АВН
Ежедневный информационный вестник


Еженедельный информационный вестник


Вестник
"ВПК России и
экспорт оружия"



© 2013 Интерфакс-Агентство Военных Новостей. Все права защищены.
Вся информация, размещенная на данном веб-сайте, предназначена только для персонального использования и не подлежит дальнейшему воспроизведению и/или распространению в какой-либо форме, иначе как с письменного разрешения Интерфакса-Агентства Военных Новостей.